Содержимое

Ч. Х. Сперджен 

Дорогие сотрудники в винограднике Господнем, позвольте мне обратить ваше внимание на одно из самых поучительных  чудес, совершённых пророком Елисеем, о чём записано в 4 Книге Царствия, 4 главе.

Гостеприимство сонамитянки было вознаграждено тем, что она получила сына. Но – увы! – нам не дано знать, как долго мы будем пользоваться нашими земными благами, – и через некоторое время дитя заболело и умерло.

Несчастная мать, тем не менее, имела веру, и сразу же поспешила к человеку Божьему. Через этого человека Бог дал ей обетование, соответствующее желанию её сердца, и она решила рассказать ему всё, как есть, чтобы он, в свою очередь, изложил это перед Господом Богом и получил для неё успокаивающий ответ. Действия Елисея записаны в следующих стихах:

«И сказал он Гиезию: опояшь чресла твои и возьми жезл мой в руку твою, и пойди; если встретишь кого, не приветствуй его, и если кто будет тебя приветствовать, не отвечай ему; и положи посох мой на лице ребенка. И сказала мать ребенка: жив Господь и жива душа твоя! не отстану от тебя. И он встал и пошел за нею. Гиезий пошел впереди их и положил жезл на лице ребенка. Но не было ни голоса, ни ответа. И вышел навстречу ему, и донес ему, и сказал: не пробуждается ребенок. И вошел Елисей в дом, и вот, ребенок умерший лежит на постели его. И вошел, и запер дверь за собою, и помолился Господу. И поднялся и лег над ребенком, и приложил свои уста к его устам, и свои глаза к его глазам, и свои ладони к его ладоням, и простерся на нем, и согрелось тело ребенка. И встал и прошел по горнице взад и вперед; потом опять поднялся и простерся на нем. И чихнул ребенок раз семь, и открыл ребенок глаза свои. И позвал он Гиезия и сказал: позови эту Сонамитянку. И тот позвал ее. Она пришла к нему, и он сказал: возьми сына твоего. И подошла, и упала ему в ноги, и поклонилась до земли; и взяла сына своего и пошла» (4 Цар. 4:29-37).

В данном случае Елисей находился в точно таком же положении, как и вы, братья, если говорить о вашем труде для Христа. Елисей имел дело с мёртвым ребёнком. Правда, в данном случае смерть была естественной, но и та смерть, с которой соприкасаетесь вы, не менее реальна, хотя это духовная смерть. Вот эти мальчики и девочки, которые посещают ваш класс, взрослеют и становятся «мёртвыми по грехам и преступлениям». И пусть каждый из вас вполне ясно отдаёт себе отчёт в том, каково естественное состояние всякого человеческого существа! Если у вас не будет чёткого представления о полной испорченности и духовной мёртвости ваших детей, вы не сможете принести им благословение. А потому прошу вас: идите к ним не как к спящим, которых вы можете разбудить собственными силами, но как к духовным мертвецам, оживить которых может только божественная сила. Великая задача Елисея состояла не в том, чтобы омыть мёртвое тело, и не в том, чтобы помазать его благовониями, завернуть в чистое полотно, уложить подобающим образом и затем оставить его таким же мёртвым телом: нет, он поставил своей целью ни много, ни мало, но возвращение ребёнка к жизни. Возлюбленные учителя, я желал бы, чтобы вы никогда не останавливались на второстепенных благих намерениях, но чтобы стремились достичь величайшей из всех возможных целей – спасения бессмертных душ!

Ваше дело – не просто учить детей в вашем классе читать Библию, или внушать им правила морали, или даже преподать евангельские истины, но ваше высокое призвание заключается в том, чтобы быть средством в Божьих руках для передачи небесной жизни в их мёртвые души. Ваши уроки воскресной школы будут бесполезными, если дети останутся мёртвыми в грехах. В мирских школах хорошее владение знанием служит доказательством того, что старания учителя не были напрасны; но у вас дело обстоит совершенно иначе, и даже если ваши юные воспитанники вырастут хорошими членами общества, более того, станут регулярно посещать церковь, – вы всё же не будете уверены, что ваши молитвы о них услышаны, желания исполнены и высшие цели достигнуты до тех пор, пока не скажете с полной уверенностью: «Господь воскресил их со Христом».

Итак, наша цель – воскресение! Наша миссия – воскрешать мёртвых! Как у Петра в Иоппии и у Павла в Троаде, у нас есть юные Евтихи и Тавифы, которых надо вернуть к жизни. Как же нам выполнить столь необычную работу? Если поддаться влиянию неверия, то можно прийти в ужас от того очевидного факта, что дело, к которому призвал нас Господь, абсолютно превосходит наши личные силы. Мы не можем воскрешать мёртвых. Если бы кто-то попросил нас это сделать, то мы могли бы только разорвать одежды, как царь израильский, и сказать: «Разве я Бог, чтобы умерщвлять и оживлять?» Но, с другой стороны, мы имеем сил не меньше, чем у Елисея, ведь он не сам же смог воскресить сына сонамитянки. Правда, мы не можем своими силами заставить забиться духовной жизнью сердца наших учеников, но ведь и Павел и Апполос были бы точно так же бессильны сделать это. Должно ли это нас обескуражить, или же – направить нас к истинному источнику силы, чтобы мы перестали уповать на нашу собственную сомнительную силу? Надеюсь, мы вполне понимаем, что человек, живущий верой, живёт в мире чудес. Творить чудеса – это профессия веры, это её естественное дело.

Вера мост живой возводит

Между небом и землёй;

Верой житель мира ходит

По путям волны морской.

Итак, Дух Божий почил на Елисее, призвал его к работе и стал посылать ему Свою помощь, и с тех пор Елисей уже не был прежним заурядным человеком. Так и ты, дорогой учитель, посвятивший себя Богу и пребывающий в молитвенной заботе о душах, – ты уже не заурядный человек, но удивительный храм Святого Духа, в тебе обитает Бог, и ты, благодаря вере, вступил на путь творца чудес. Ты послан в мир не для того, чтобы делать то, что могут делать все остальные, но то, что Бог совершает через верующих Своим Духом. Ты должен творить чудеса, совершать удивительное. А потому не смотри на дело воскрешения этих мёртвых детей, которым во имя Бога ты должен дать жизнь, как на что-то невероятное и трудное, помня Того, Кто совершает это дело через твой немощный сосуд. «Что же? Неужели вы почитаете невероятным, что Бог воскрешает мёртвых?» Когда вы уже с самого раннего возраста встретитесь с испорченностью, ветреностью и упрямством ваших детей, неверие будет вам нашёптывать: «оживут ли кости сии?» Но вашим ответом должны быть слова: «Господи Боже! Ты знаешь это». Доверяя всё в руки Всемогущего, вы должны заниматься своим делом: говорить слова пророчества сухим костям и небесному духу, и тогда в скором времени вы так же, как Иезекииль, увидите в долине вашего видения признаки торжества жизни над смертью. Так давайте же займём подобающее нам место и обдумаем план наших действий. Вот, перед нами мёртвые дети, и наши души жаждут вдохнуть в них жизнь. Мы хорошо понимаем, что весь процесс воскрешения может совершить только один Господь и если Он желает нас употребить для совершения чудес Его благодати, и в смирении попросим, чтобы Он показал нам, что мы должны делать.

Хорошо, если бы Елисей вспомнил о том уроке, который преподал ему Илия, – тогда он не послал бы Гиезия с посохом, но действовал бы сразу так, как ему пришлось действовать позже. В 3 книге Царств, 17, вы можете найти рассказ о том, как Илия воскресил мёртвого ребёнка, из которого видно, что Илия как учитель оставил для своего слуги вполне завершённый пример, и до тех пор, пока Елисей не последовал ему в точности, чудотворная сила не была проявлена. Я считаю, что Елисей бы поступил мудро, если бы с самого начала подражал бы примеру своего учителя, милоть которого он носил. И я убеждён, мои дорогие сотрудники, что было бы тем более хорошо, если бы мы, учителя, подражали нашему Учителю, – если бы мы изучили образ действия и методику нашего прославленного Господа и научились у Его ног, как приобретать души.

Подобно тому, как Он с глубочайшим сочувствием вступил в самое близкое общение с нашим несчастным человеческим родом, снизойдя с участием к нашему плачевному состоянию, – так должны и мы подойти поближе к душам, с которыми желаем иметь дело, чтобы томиться о них Его томлением, плакать над ними Его слезами, если мы хотим видеть их воскресшими от греховного сна. Только при условии подражанию духу и методам Господа Иисуса мы станем мудрыми в приобретении душ.

Однако Елисей забыл об этом и решил поначалу пойти своим собственным путём, который лучше высветил бы его пророческое достоинство. Он дал свой жезл Гиезию, своему слуге, и повелел положить этот жезл на ребёнка, с чувством уверенности, что исполнен божественной силой настолько, что она будет действовать через него любым способом, и, стало быть, его личное присутствие и усилия необязательны. Но Господь думал иначе. Я боюсь, что очень часто те истины, которые мы проповедуем с кафедры или в классах воскресной школы, представляют собой нечто постороннее, не наше личное, как жезл, который мы держим в своих руках, но который не является частью нашего существа. Мы берём библейскую истину, касающуюся вероучения или практической жизни, подобно тому, как Гиезий взял жезл, и затем кладём его на лицо ребёнка, но сами лично не боремся за его душу. Мы употребляем то или другое поучение, истину, пример, иллюстрацию, метод обучения и способ подачи материала, но до тех пор, пока преподаваемая нами истина будет для нас посторонним предметом, без взаимосвязи с нашим внутренним человеком, – до тех пор она будет производить на мёртвого ребёнка не больше воздействия, чем жезл Елисея. Увы, я боюсь, что часто случалось так, что хотя я проповедовал Евангелие на этом месте, хотя я был уверен, что это Евангелие моего Господа – истинный пророческий жезл, – однако результата не было, потому что, к сожалению, я не проповедовал с той страстностью, убедительностью и сердечностью, которые должны быть присущи проповеди Евангелия. Разве вам не приходилось преподавать истину, зная, что это действительно библейская истина, имеющая ценность для вашей собственной души, – и всё же безрезультатно, потому что, преподавая истину, вы не вкладывали в неё сердца, и дети, которым она была адресована, чувствовали это. Вы были похожи на Гиезия, который равнодушной рукой положил жезл на лицо ребёнка. Неудивительно, что вы вместе с Гиезием вынуждены были сказать: «Не пробуждается ребёнок», ибо та сила, которая действительно пробуждает, не смогла найти себе выход через вашу безжизненную проповедь.  Мы не знаем, был ли Гиезий действительно уверен в смерти ребёнка, потому что он говорил так, как будто ребёнок уснул и нуждался только в пробуждении от сна. Бог не благословит тех учителей, которые всем сердцем не осознают реальность греховного состояния своих детей. Если вы считаете, что ребёнок не  испорчен, если вы придерживаетесь глупого понятия о невинности ребёнка и достоинстве человеческой природы, то не удивляйтесь, если вы останетесь пустыми и бесплодными.

Как может Бог благословить вас на совершение воскрешения, если вы будете не способны понять его славную сущность даже в случае, когда Господь совершит его через вас? Если бы ребёнок поднялся, это бы не удивило Гиезия, поскольку он подумал бы, что тот пробудился от необычно крепкого сна. Если Бог станет употреблять для обращения душ тех, кто не верит в полную испорченность человека, то они скажут всего лишь то, что Евангелие содержит высокие моральные стандарты и производит самое доброе влияние, но они не будут славить и величать возрождающую благодать, с помощью которой Сидящий на престоле творит всё новое.

Обратите внимание на то, что сделал Елисей, когда его первая попытка потерпела неудачу.  Когда мы терпим неудачу, мы не должны из-за этого бросать работу. Если у вас, дорогой брат и сестра, нет успеха, вы не должны делать вывод, что у вас нет призвания к труду, точно так же, как Елисей не пришёл к выводу, что ребёнка нельзя воскресить. Урок, который надо извлечь из неудачи, заключается не в том, что надо бросать работу, но в том, что надо сменить метод работы. Причина не в неспособном человеке, а в неразумном плане действий. Если вам не удалось осуществить своё желание, вспомните школьную песенку:

Если сразу не выходит,

Пробуй, пробуй снова!

Но не повторяйте свои действия тем же способом, разве что вы уверены, что этот способ наилучший. Если же первый метод работы не принёс успеха, постарайтесь улучшить этот метод. Проверьте, в чём именно  была причина неудачи, измените ваш подход или ваш характер, и через эту перемену Господь может приготовить вас к такому плодотворному служению, которого вы не ожидали. Узнав, что дитя не пробудилось, Елисей не стал предаваться унынию, но подпоясался и принялся за своё дело с удвоенной энергией.

Обратим внимание на место, где лежало дитя: «И вошёл Елисей в дом, и вот, ребёнок лежит на постели его». Это была та самая постель, которую гостеприимная сонамитянка приготовила для Елисея, – знаменитая постель, которая так же, как стол, стул и светильник никогда не будет забыта в Божьей Церкви. Эта знаменитая постель была употреблена для цели, о которой добрая женщина вряд ли могла подумать, когда, из любви к пророку, готовила её для его отдыха. Я люблю размышлять о том, что мёртвый ребёнок лежал именно на этой постели, потому что она символизирует то место, на котором должны быть помещены и наши необращённые дети, если мы хотим, чтобы они спаслись. Если мы хотим стать для них благословением, они должны быть помещены в наших сердцах, – они должны быть на нашем попечении и ночью, и днём. Мы должны носить образы своих детей в самых сокровенных уголках нашего сердца, размышлять о них в ночные стражи, из-за тревог о них лишаться сна, наполнять ими наши полуночные переживания. Наши постели должны быть свидетелями наших слёзных прошений: «О, хотя бы Измаил был жив пред лицом Твоим! О, хотя бы эти дорогие мальчики и девочки из моего класса могли стать детьми живого Бога!» Илия и Елисей учат нас, что мы не должны помещать дитя вдали от самих себя, где-то за дверью или в склепе холодной забывчивости, но если мы желаем их воскресения к жизни, мы должны поместить их в самый тёплый, согретый сочувствием уголок нашего сердца.

Читая дальше, мы видим, что он «…вошёл, и запер дверь за собою, и помолился Господу». Теперь пророк делает своё дело в правильном ключе, и у нас есть прекрасная возможность поучиться у него искусству воскрешения детей из мёртвых. Если вернуться к рассказу об Илии, то можно увидеть, что Елисей в данном случае воспользовался правильным методом. Мы читаем: «И сказал он (Илия) ей: дай мне сына твоего. И взял он с рук её, и понёс его в горницу, где он жил, и положил его на свою постель, и воззвал к Господу и сказал: Господи, Боже мой! неужели Ты и вдове, у которой я пребываю, сделаешь зло, умертвив сына её? И, простёршись над отроком трижды, он воззвал к Господу и сказал: Господи, Боже мой! Да возвратится душа отрока сего в него! И услышал Господь голос Илии, и возвратилась душа отрока сего в него, и он ожил».

Секрет великого успеха в большой мере зависит от усиленной молитвы. «Он вошёл, и запер дверь за собою, и помолился Господу». Старая поговорка гласит: «Каждая истинная кафедра проповедника основана на небесах», а это значит, что всякий истинный проповедник проводит много времени с Богом. Если мы не молимся Богу о благословении, если кафедра не утверждена на личной молитве проповедника, тогда наше публичное служение не будет иметь успеха. Так и у вас: сила всякого истинного учителя должна исходить свыше. Если вы никогда не ходатайствовали за своего ребёнка перед престолом благодати, как вы можете рассчитывать на то, что Бог благословит его обращением?  Я считаю, что весьма подходящим методом для работы с детьми был бы следующий: вы в буквальном смысле берёте каждого ребёнка отдельно, приводите его в свой кабинет и молитесь вместе с ним. Вы увидите обращение ваших детей, если с Божьей помощью будете работать с ними индивидуально, если будете болеть душой за них, если за закрытой дверью будете молиться за них вместе с ними. Молитва, произнесённая в присутствии ребёнка наедине, производит гораздо большее воздействие, чем публичная молитва в классе, – конечно же, имеется в виду  воздействие не на Бога, а на ребёнка. Такая молитва часто становится как бы ответом на саму себя, ибо, в то время как вы изливаете свою душу перед Богом, Он может сделать вашу молитву тем молотом, который разобьёт душу, даже если её не затронули ваши проповеди. Молитесь вместе с вашими детьми по отдельности, и это станет верным средством получения великого благословения. Если это невозможно, то всё равно молитесь, молитесь много, молитесь постоянно, молитесь горячо, молитесь такой молитвой, которая не может быть отвергнута, подобно молитве Лютера, которую он назвал бомбардировкой небес; то есть, надо как бы поставить пушку у ворот небесных, чтобы заставить их открыться. Только такой молитвой люди могут превозмочь, и они не отойдут от престола благодати, пока не воскликнут вместе с Лютером: «Я победил, я получил благословение, за которое боролся!» «Царство Небесное силою берётся, и употребляющие усилие восхищают его». Так будем же возносить такие усиленные молитвы, которые побуждают Бога действовать и подчиняют небеса, – и Господь не допустит, чтобы мы искали Его лица напрасно!

Кроме молитвы, Елисей предпринимал действия. Молитва и действия должны сопутствовать друг другу. Действия без молитвы – это самонадеянность! Молитва без действия – лицемерие! Итак, вот перед вами лежит ребёнок, и рядом с ним стоит уважаемый человек Божий. Посмотрим на его странные действия: вот он наклоняется над мёртвым телом и прикладывает свои губы к губам ребёнка. Тёплые живые губы пророка прикоснулись к холодным мёртвым губам ребёнка, и животворящий поток чистого, горячего дыхания начал вливаться в холодные, окаменевшие проходы мёртвого рта, горла и лёгких. Далее, святой человек, исполненный святого рвения и оптимизма, приложил свои глаза к глазам ребёнка, свои руки - к его рукам. Тёплые ладони старца покрыли холодные ладони отошедшего ребёнка. Затем он распростёрся над ребёнком и покрыл его своим телом, словно желая передать собственную жизнь безжизненному телу и решившись либо умереть вместе с ним, либо вернуть его к жизни.

Возможно, вы слышали рассказ об одном охотнике, который сопровождал робкого путешественника, и когда они приблизились к самому опасному участку дороги, охотник крепко прижал к себе путешественника и сказал: «Либо мы оба, либо ни один» – то есть, либо оба останутся в живых, либо никто, поскольку теперь они составляют одно целое. Так и здесь, подобным образом пророк установил таинственную взаимосвязь между собою и ребёнком, и решил в самом себе, либо сам будет охвачен холодом смерти, либо ребёнок воспримет теплоту его жизни. Чему мы можем научиться из этого примера?

Здесь много очевидных уроков. Мы видим здесь прообраз того, что если мы желаем дать духовную жизнь, нам надо очень живо представлять его истинное состояние. Ребёнок мёртв! Бог хочет, чтобы вы чувствовали, что ребёнок мёртв во грехах и преступлениях так же, как и вы когда-то были мертвы. Бог желает, дорогие учителя, чтобы вы соприкоснулись с этой смертью, проявив при этом ваше личное, мучительное, сокрушающее, смиряющее соучастие. Я уже говорил  вам, что для приобретения душ нам надо приглядеться к тому, как работал с душами наш Господь. Как же Он работал с ними? Что надлежало Ему сделать, чтобы воскресить нас из мёртвых? Ему надо было Самому умереть, и другого пути не было. Так должны поступать и мы. Если мы желаем воскресить этого мёртвого ребёнка, нам самим надо ощутить холод и ужас его смерти. Умирающий должен воскресить умирающего. Я не представляю себе, что можно выхватить из огня горящее полено, не протянув руку к огню и не ощутив его жара. Вы должны иметь более или менее ярко выраженное чувство ужаса от гнева Божия и грядущего суда, иначе вам не будет хватать энергии для работы, то есть вам будет недоставать одного из существенных слагаемых для успеха в работе. Я не могу себе представить, чтобы проповедник говорил хорошо на данную тему и не чувствовал при этом бремени от Господа, возложенного лично на него. «Я проповедовал, находясь в оковах, для людей, находящихся в оковах», – говорил Джон Буньян. Вы можете быть уверены, что если смерть, присутствующая в ваших детях, тревожит, удручает и сокрушает вас, значит Бог вскоре ниспошлёт вам Своё благословение. Осознавая это состояние ребёнка, мы должны затем приложить свои уста к его устам и свои руки к его рукам, что значит, насколько это можно, приспособить себя к природным склонностям, привычкам и характеру ребёнка. Вы должны говорить таким языком, который будет понятным для него; ваши глаза должны смотреть на мир глазами ребёнка, ваше сердце должно уметь чувствовать то, что чувствует детское сердце, чтобы стать его близким другом; вы должны сочувствовать переживаниям детей; вы должны, насколько это возможно, войти в мир детских радостей и горестей. Не надо бояться трудностей, связанных с этим трудом, не надо также чувствовать себя униженным такой работой, ибо если вы сочтёте что-либо тяжким бременем или унизительным для вашего достоинства, то вам не место в воскресной школе. Если от вас требуется выполнение трудной работы, вы должны делать её, не считаясь с трудностями. Бог не сможет воскресить через вас мёртвого ребёнка, если вы не желаете стать всем для этого ребёнка, чтобы только спасти его душу.

Далее написано, что пророк «лёг над ребёнком и простёрся над ним». Невольно возникает мысль, что здесь должно было быть написано, что «он сжался над ним»! нет, здесь написано, что «он простёрся над ним», и я скажу вам, что для взрослого человека нет задачи сложней, чем «простереться» над ребёнком. Тот, кто имеет дело с детьми, не должен быть глупцом; притворяющийся простаком очень сильно ошибается, если думает, что его глупые выходки могут заинтересовать мальчиков и девочек. Работа с детьми требует с нашей стороны и первосортного остроумия, и основательной подготовки, и самых серьёзных мыслей, и вполне зрелых сил. Вы не сможете пробудить дитя к жизни, если не распрострётесь над ним, – как ни странно это звучит, но это факт. Самый мудрый человек должен употребить все свои способности, если желает быть учителем малых сих.

Итак, мы видим, что Елисей почувствовал реальность смерти ребёнка и что он приспособил себя к своему делу, но превыше всего, мы видим в нём проявление сочувствия. В то время как Елисей чувствовал холод мёртвого тела, его собственное тепло стало проникать в ребёнка. Хотя само по себе это не давало жизни, но Бог действоал через этот процесс: тепло тела пророка проникало в ребёнка и становилось средством его оживления. Пусть каждый проповедник взвесит хорошенько следующие слова Павла: «Мы могли явиться с важностью, как Апостолы Христовы, но были тихи среди вас, подобно как кормилица нежно обходится с детьми своими. Так мы, из усердия к вам, восхотели передать вам не только благовестие Божие, но и души наши, потому что вы стали нам любезны (дoроги)». Настоящий ловец душ понимает, что это значит. Так случалось и со мной, когда во время проповеди я исчерпал все свои доводы, когда уже выпалил в собравшихся (слушателей) все свои мысли, как снаряды из пушки, так что моя пушка раскалилась докрасна, – тогда я часто заряжал в пушку свою собственную душу, и, выстреливая ею, с Божьей помощью одерживал победу. Да поможет нам Бог силой Духа Святого прилагать сердце к Его истине, которую мы провозглашаем, чтобы эта истина сделала то, что сама по себе, произнесённая холодным тоном, она никогда не сможет сделать. В этом  и заключается секрет. Вы должны, возлюбленные учителя, вложить душу в детей; и у вас должно быть такое чувство, как будто гибель ребёнка – это ваша собственная гибель. Вы должны почувствовать, что если ребёнок останется под угрозой гнева Божьего, это будет таким же горем, как если бы вы сами находились под такой угрозой. Вы должны исповедать грехи ребёнка перед Богом так, словно это ваши собственные грехи, и стоять как священник перед Господом с ходатайством о его прощении. Ребёнок был покрыт телом Елисея, и вы должны покрывать ваш класс своим состраданием, распростёршись перед Господом в усиленной молитве о детях. Так совершается чудо воскрешения мёртвых. Дух Святой действует тайно, но применение внешних средств описано здесь вполне понятно.

Вскоре проявился результат усилий пророка: «и согрелось тело ребёнка». Должно  быть, Елисей был очень доволен этим результатом; но мы не видим, что из-за такого приятного чувства он ослабил свои усилия. И вы, дорогие друзья, ни за что не удовлетворяйтесь тем, что ваши дети подают вам хорошие надежды.

Может быть, девочка из вашего класса приходит к вам и говорит: «Учитель, помолитесь обо мне!»? Что ж, радуйтесь, потому что это хороший знак, но ожидайте большего. А может быть, у мальчика текли слёзы из глаз, когда вы говорили о любви Христа? Благодарите Бога за то, что тело начало согреваться, но не останавливайтесь на этом. Можно ли расслабиться в данный момент? Подумайте: вы ведь ещё не добились главного результата! Вам нужно видеть жизнь, а не потепление! То, к чему вы должны стремиться, возлюбленные учителя, – это не просто убеждение, но обращение; вы должны желать увидеть не только произведённое впечатление, но возрождение, – жизнь, жизнь от Бога, жизнь Иисусову! Именно в этом нуждаются ваши ученики, и ничто меньшее не должно вас успокаивать.

Но вернёмся снова к Елисею и понаблюдаем за его действиями: «И встал и прошёл по горнице взад и вперёд». Обратите внимание на взволнованность человека Божия; он никак не может успокоиться. Ребёнок согрелся (слава Богу за это, но он ещё не ожил); и вместо того, чтобы сесть на свой стул возле стола, пророк стал ходить беспокойными шагами по горнице, встревоженный, вздыхающий, с учащённым сердцебиением и нетерпеливым желанием, чтобы поскорей прошло время вынужденного покоя. Он не мог спокойно смотреть на безутешную мать и слышать её вопрос: «ожил ли ребёнок?» он продолжал мерить шагами комнату, словно показывая, что его тело не может успокоиться до тех пор, пока не удовлетворена душа. Подражайте этому священному беспокойству! Когда вы видите, что мальчик в вашем классе как-будто поддаётся вашему влиянию, не успокаивайтесь и не говорите: «Слава Богу, ребёнок подаёт большие надежды,  и  я вполне удовлетворён этим». Вы никогда не завоюете драгоценный камень спасённой души, если будете рассуждать таким образом. Вы должны чувствовать печаль, беспокойство, тревогу, если только желаете быть духовным родителем в вашей церкви. Вот одно из выражений Павла, которое трудно объяснить словами, но вы должны понять его значение сердцем: «Дети мои, для которых я снова в муках рождения, доколе не изобразится в вас Христос!» О, пусть Святой Дух даст вам такие же внутренние муки, такое волнение, тревогу и святое беспокойство, пока вы не увидите ваших учеников, подававших надежды, полностью обращёнными!

После короткого времени хождения взад и вперёд пророк «опять поднялся и простёрся на нём». То, что уместно было сделать однажды, уместно сделать и во второй раз. А что годится дважды, пригодится и семь раз. Надо проявить настойчивость и терпение. Вы были старательны в прошлое воскресенье; не будьте же ленивы в следующее. Как легко потерять сегодня то, что строили вчера! Если в воскресный день я с Божьей помощью смог убедить ребёнка в своём усердии, то пусть не получится противоположное этому в следующее воскресенье. Если в прошлом тело ребёнка стало тёплым благодаря моему теплу, то не дай Бог, чтобы в будущем моя холодность сделала ребёнка опять холодным! Точно так же, как тепло  перешло от Елисея к ребёнку, может переходить и холод от вас на ваш класс, если вы не горите душой к своему делу.

Елисей снова распростёрся над ребёнком со многими молитвами и вздохами и с большой верой, и вот, наконец, его желание сбылось: «И чихнул ребёнок раз семь, и открыл ребёнок глаза свои». Всякое движение указывает на наличие жизни, и для пророка наступило удовлетворение. Ребёнок «чихнул», как считают некоторые, потому, что причиной смерти была болезнь головы, из-за чего он сказал своему отцу: «Голова моя! Голова моя болит!» и через чиханье прочистились жизненно важные проходы, которые были заблокированы. Но мы не можем этого утверждать. Свежий воздух вновь вступил в лёгкие, и также мог стать причиной чиханья. Этот звук был не слишком внятным и не совсем музыкальным, но он означал присутствие жизни. Это то, чего мы должны ожидать от детей, когда Бог дарует им духовную жизнь. Некоторые члены церкви ожидают от них намного больше, но что касается меня лично, то я доволен, если дети чихают, – то есть, если они подают хоть какие-нибудь признаки действия благодати, даже если они слабы и невнятны. Если дорогое дитя всего лишь может чувствовать своё погибшее состояние и уповать на дело Иисуса, совершённое на Голгофе, и притом выражает всё это в смутных выражениях, не похожих на выражения доктора богословия или просто взрослого человека, то разве не должны мы принять такое дитя и взрастить его для Господа?

Если бы там на тот момент присутствовал Гиезий, то он бы не придал чиханию большого значения, потому что он не простирался над ребёнком, но для Елисея эти звуки принесли утешение. Точно так, если мы с вами действительно выстрадали души в молитве, наш глаз очень живо заметит первые признаки действия благодати, и мы, будем благодарны Богу, если таким признаком будет всего лишь чихание.

Затем ребёнок открыл глаза свои, и мы осмелимся сказать, что Елисей никогда в жизни не видел ещё таких прекрасных глаз. Я не знаю, какого цвета были эти глаза, карие или голубые, но я знаю то, что те глаза, которые Бог поможет вам открыть, будут для вас самыми прекрасными. Я слышал однажды, как один учитель воскресной школы рассказывал о «прекрасном мальчике», который был спасён в его классе, а другой рассказывал о «дорогой девочке» из его класса, которая любила Господа. Я не удивляюсь тому, что они были «прекрасными» и «дорогими» в глазах тех, кто привёл их к Иисусу, но ещё прекраснее и дороже они для Иисуса. Возлюбленные друзья, дай Бог вам часто смотреть в те глаза, которые когда-то были покрыты пеленой духовной смерти, но теперь благодатью Божьей открылись через ваше учение! Тогда вы будете по-настоящему счастливы.

Хочу сказать вам слово предупреждения. Может быть, на нашем собрании присутствует Гиезий? Если среди собравшихся здесь учителей воскресной школы есть хоть один, кто может всего лишь носить посох, то мне его искренне жаль. Ах, мой друг, пусть Бог по Своей милости даст тебе жизнь, ибо иначе как можешь ты рассчитывать на то, чтобы послужить средством оживления других? Если бы Елисей сам был мертвецом, то было бы бесполезно ожидать передачи жизни, положив один труп поверх другого. Мёртвая мать, замёрзшая и  холодная, не может лелеять своего младенца. Какое тепло, какое утешение может исходить от потухшего камина? Не таков ли и ты, дорогой друг? Пусть же благодать Божья совершит свою работу, прежде всего, в вашей душе, а затем пусть благословенный и вечный Дух Божий, который один может оживлять души, сделает вас средством для воскрешения многих в похвалу Его благодати!

Примите же, дорогие друзья, моё братское приветствие, и знайте, что мои усердные молитвы будут всегда сопровождать вас, чтобы вы получали благословение сами и послужили благословением для других. 

Выпуски