Содержимое

Э. У. Тозер

Отец наш, мы любим Тебя за Твою справедливость. Мы признаём, что Твои суждения полностью истинны и праведны. Твоя справедливость поддерживает порядок во Вселенной и гарантирует безопасность всем, кто доверяет Тебе. Мы живём, потому что Ты справедлив и милосерден.

Свят, свят, свят Господь Бог всемогущий, праведный во всех Своих путях и святой во всех Своих делах! Аминь.

В написанном по Божьему вдохновению Священном Писании слова «справедливость» и «праведность» очень мало отличаются друг от друга. Одно и то же слово оригинала переведено на английский и как «справедливость», и как «праведность» (пожалуй, можно заподозрить, что это произошло по прихоти переводчика).

В Ветхом Завете справедливость Бога выражена ясным, богатым языком и так прекрасно, как нигде более во всей мировой литературе. Когда было объявлено о разрушении Содома, Авраам заступился за живших в нём праведников, зная, что Бог в этой чрезвычайной для людей ситуации будет действовать так, как Ему присуще: «Не может быть, чтобы Ты поступил так, чтобы Ты погубил праведного с нечестивым, чтобы то же было с праведником, что с нечестивым; не может быть от Тебя! Судия всей земли поступит ли неправосудно?» (Быт. 18, 25). Авторы псалмов и пророки Израиля представляли себе Бога как всемогущего правителя, возвышенного и справедливого: «Облако и мрак окрест Его; правда и суд - основа престола Его»   (Пс. 96, 2). О долгожданном Мессии было предсказано, что Он будет судить людей праведно и к бедным будет справедлив. Святые мужи, исполненные нежности и сочувствия к другим людям, возмущаясь несправедливостью мирских правителей, молились: «Боже отмщений, Господи, Боже отмщений, яви Себя! Восстань, Судия земли, воздай возмездие гордым. Доколе, Господи, нечестивые, доколе нечестивые торжествовать будут?»  (Пс. 93, 1-3). Эти слова следует понимать не как мольбу об отмщении за личную обиду, но как желание увидеть, что моральная справедливость торжествует в человеческом обществе.

Такие люди, как Давид и Даниил, признавали себя неправедными, видя праведность Бога, поэтому их покаянные молитвы обретали великую силу и действенность. «У Тебя, Господи, правда, а у нас на лицах стыд...» (Дан. 9, 7). А когда в видении Иоанна долго не наступавший суд Божий начал наконец постигать мир, апостол увидел победоносных святых, стоявших на поверхности моря из стекла, смешанного с огнём. В руках они держали Божьи арфы; песнь, которую они пели, была песнью Моисея и Агнца, и темой этой песни была Божественная справедливость: «Велики и чудны дела Твои, Господи Боже Вседержитель! праведны и истинны пути Твои, Царь святых! Кто не убоится Тебя, Господи, и не прославит имени Твоего? ибо Ты един свят. Все народы придут и поклонятся пред Тобою, ибо открылись суды Твои» (Откр. 15, 3-4).

Справедливость воплощает в себе идею морального равенства. А неравенство есть отсутствие равенства в человеческих мыслях и делах. Суд — это применение справедливости и равенства по отношению к моральным ситуациям, и этот суд может быть благосклонным или неблагосклонным к подсудимому в зависимости от того, справедлив или несправедлив был подсудимый в своём сердце и в своём поведении.

Иногда люди говорят: «Справедливость требует, чтобы Бог сделал это», словно они знают намерения Бога. Это ошибка и в мыслях, и в словах, ибо здесь выдвигается принцип справедливости, не зависящей от Бога, справедливости, которая заставляет Бога вести Себя определённым образом. Конечно, такого принципа не существует. Если бы он существовал, то был бы выше Бога, ибо только высшая власть может требовать повиновения. Истина в том, что нет и никогда не будет ничего за пределами природы Бога, что могло бы повлиять на Него хотя бы в малейшей степени. Все Божьи помыслы проистекают из Его несотворённой сущности. Ничто не вошло в существо Бога из вечности, ничто из Него не было взято, и ничто в Нём не было изменено.

Справедливость применительно к Богу — это название, которое мы даём тому, что есть Бог, и не более того; и когда Бог действует справедливо, Он делает это не для того, чтобы соответствовать какому-то независимому критерию, а просто поступает так, как Он поступил бы в данной ситуации.

Подобно тому как золото само по себе является химическим элементом и никогда не может ни изменяться, ни идти на компромисс, а всегда и всюду остаётся золотом, где бы его ни находили, так и Бог есть Бог, всегда единственный, во всей полноте Своего существа, и Он никогда не может быть кем-то, кроме Самого Себя. Всё во Вселенной хорошо настолько, насколько оно соответствует природе Бога, и настолько плохо, насколько не соответствует ей. Бог Сам является Своим собственным независимым принципом моральной справедливости, и когда Он выносит приговор нечестивым и вознаграждает праведных, Он просто действует исходя из Своих внутренних побуждений, подчиняясь только Самому Себе.

Всё это, кажется (но только кажется!), разрушает надежду на оправдание вернувшегося к Богу грешника. Архиепископ Кентерберийский Ансельм искал разрешения этого кажущегося противоречия между справедливостью и милостью Бога. «Как Ты щадишь злых, — спрашивал он у Бога,— если Ты полностью справедлив и архисправедлив?» В поисках ответа он посмотрел на Бога, ибо знал, что ответ — в том, что есть Бог. Ответ, который получил святой Ансельм, можно перефразировать следующим образом: существо Бога едино; оно не состоит из гармонично взаимодействующих частей, а просто едино. В Его справедливости нет ничего такого, что препятствовало бы действию Его милости. Думать о Боге как о некоем добром судье, вынужденном соблюдать закон, со слезами и с извинениями приговаривающем человека к смертной казни,— значит думать о том, что недостойно истинного Бога. Бог никогда не противоречит Сам Себе. Ни одно из свойств Бога не находится в противоречии с каким-либо другим Его свойством.

Сочувствие Бога проистекает из Его доброты, а доброта без справедливости — это не доброта. Бог щадит нас, потому что Он добр, но Он не мог бы быть добрым, если бы не был справедливым. Святой Ансельм приходит к выводу, что Бог наказывает нечестивых только потому, что они заслужили это; а щадит нечестивых только потому, что Он добр. Таким образом, Бог делает то, что приличествует Ему как сверхдоброму Богу. В этом причина Божьих действий, и понять её может человек лишь после того, как поверит Богу.

Христианское учение об искуплении грехов более просто объясняет, как Бог может быть справедливым и всё-таки оправдывать несправедливых. Именно благодаря искупительной жертве Христа справедливость не попирается, а, наоборот, соблюдается, когда Бог щадит грешника. Богословие учит, что милосердие не будет эффективным до тех пор, пока справедливость не сделает своё дело. Справедливое наказание за грех было осуществлено, когда Христос умер вместо нас на кресте. Для мирского человека это событие может ничего не значить, однако у верующего оно вызывает радость. Миллионы людей морально и духовно преобразились благодаря этой вести, прожили жизнь, исполненную великой нравственной силы, и спокойно умерли, доверяя этой вести.

Весть о совершившемся правосудии и действующем милосердии — не просто приятная богословская теория; она объявляет о событии, которое стало необходимым потому, что человечество в нём глубоко нуждалось. Из-за нашего греха нам всем был вынесен смертный приговор. Когда бесконечная справедливость столкнулась с нашей хронической и умышленной несправедливостью, между ними вспыхнула жесточайшая война, война, которую выиграл Бог и которую Он должен был выиграть. Но когда кающийся грешник устремляется ко Христу в поисках спасения, ситуация изменяется на противоположную. Справедливость сталкивается с изменившейся ситуацией и объявляет верующего человека справедливым. Таким образом, справедливость на самом деле переходит на сторону доверяющих Богу людей. В этом и заключается значение дерзновенных слов апостола Иоанна: «Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды» (1 Иоан. 1, 9).

Божья справедливость всегда будет направлена против грешника. Смутная и призрачная надежда на то, что Бог слишком добр, чтобы наказывать безбожников, стала смертельным наркотиком для совести миллионов людей. Эта надежда заглушает их страхи и позволяет им ради собственного удовольствия совершать любую несправедливость, а на призыв к покаянию не обращать внимания, в то время как смерть приближается к ним с каждым днём. Если мы на самом деле ответственные и нравственные существа, то мы не посмеем так легкомысленно относиться к нашему вечному будущему.

Правда Твоя, Иисус, Твоя Кровь

Мне даровали прекрасный покров;

Средь всех миров в этих славных одеждах

Голову я поднимаю с надеждой.

Смело я буду стоять в день святой —

Кто обвинит меня перед Тобой?

Мир и прощенье даны навсегда мне,

Страх не гнетёт, нет вины и терзаний...

               (Н. Л. фон Цинцендорф)

Выпуски